Подпишись и читай
самые интересные
статьи первым!

Дети и родители: взаимоотношение

Отношения
В то холодное утро я немного проспала и действовала в бешеном темпе, чтобы не опоздать на работу. На ходу одеваясь и молниеносно накладывая косметику, отдавала указания всем членам своей семьи:
— Тарас, не забудь забрать зимние пальто из химчистки! Вернусь сегодня позже, потому что вечером собрание.
0 6040
— Алеша, возьми спортивный костюм на физкультуру! Бутерброды для всех в кухне... Собирайтесь-ка побыстрее!
— А ты что здесь делаешь? — последняя фраза была адресована моей пятнадцатилетней дочери.
Ирина давно уже должна была выйти из дому, но еще стояла в коридоре и медленно застегивала пуговицы кофты.
— Поспеши, опоздаешь ведь!
— Кажется, я не смогу пойти в школу, мама... — неуверенно произнесла она.
— Почему это? Что вдруг случилось?
— Плохо себя чувствую, — пробормотала дочка и нарочито закашлялась. Приложив руку к ее лбу и определив, что температура нормальная, я сказала:
— По-моему, просто острый приступ притворства. Сегодня контрольная, да?
— Ага, по математике... Мама, ну разреши остаться дома... Мне так плохо...
— Э, нет! Давай-ка, дочь, без фокусов!
— Если получу двойку, то виновата будешь ты! — с упреком произнесла Ира.
— С чего вдруг? Ты весь вечер проболтала с Катей, а виновата мать?! И не забывай: после уроков — сразу в бассейн!

На работе я то и дело возвращалась мыслями к дочери, переживала за нее.
В этом году мы перевели Ирину в специализированный лицей. Раньше она была отличницей, а теперь появились проблемы с учебой. Дочь жаловалась, что контрольные слишком трудные, что учителя придираются. Результаты первой четверти оказались плачевными. Она принесланесколько семерок. Впрочем, чему удивляться! Все реже видела ее за учебниками, частенько дочка проводила время в обществе подружек и перед телевизором. Конечно, я ругала, она огрызалась, мы спорили, даже ссорились... Для меня было важно будущее Ирины. Но о каком будущем в наше время можно говорить без хорошего всестороннего образования? Поэтому записала ее на французский, на танцы, в бассейн. Мы с мужем не жалели на все это денег, считая затраты на учебу самой лучшей инвестицией. Раньше Ирина была отличницей. Но, с тех пор как мы перевели дочку в лицей, у нее появились серьезные проблемы с учебой.

Домой я возвратилась, уже подготовленная к серьезному разговору с дочерью. Ирка сидела перед телевизором, поэтому сразу получила замечание. Это было время для домашнего задания!
— Ну, мама! — запротестовала дочь. — Нет сил все время учиться! Мозги не железные! Нужен хоть какой-то отдых!
— По-моему, ты вообще не учишься. Или думаешь, оценки исправятся сами, пока ты смотришь свои бесконечные сериалы... Значит так! — я щелкнула выключателем, и экран погас — Пока успеваемость не улучшится, запрещаю смотреть телевизор и выходить из дому!
— Что? — Ира взорвалась. — Ну, это уж слишком! Я тебе не робот, не забывай!
Я едва сдержалась, чтобы не сорваться.
— Вопрос исчерпан! Вот подтянешься в учебе, тогда и подумаешь, как распоряжаться своим свободным временем.
— Все равно у меня нет этого свободного времени, — сердито пробормотала Ира, сбавив тон, и посмотрела умоляющим взглядом на отца. Тарас сидел, молча, не вмешиваясь в перепалку. — Папа, ну скажи ты хоть что-нибудь!
— У нас с папой мнение совпадает, — опередила я мужа. — А теперь иди и хорошо подумай о том, что тебе сказано.
— Ты бы еще приковала меня к письменному столу кандалами! — крикнула дочь и со всей силы хлопнула дверью. Несмотря на резкую реакцию, я надеялась, что Ирина все же возьмет себя в руки и начнет нормально учиться.

Но этого не произошло
. Вскоре состоялось родительское собрание, на котором классная руководительница сообщила мне, что дочь приходит неподготовленной, опаздывает на уроки, что успеваемость ее катастрофически падает. Вдобавок через пару дней позвонила учительница французского и спросила, почему Ира отказалась от занятий. Когда я удивилась, она объяснила, что девочка не появляется у нее уже три недели. У меня все внутри просто оборвалось. После этого состоялся очередной серьезный разговор с дочерью.
— Мне ничего нельзя! Только зубрить и зубрить! Никто так не издевается над своими детьми! — возмущалась Ира.
— Я о тебе думаю! Образование — твое будущее! Без него сейчас никуда!
— Имела я в виду твое образование, как и эту дурацкую школу! Оставьте меня все в покое! Я устала! — кричала дочь.
— Я тебя слишком люблю, чтобы оставить в покое! Учеба — это сейчас самое главное. Немного потерпи, потом будешь хорошо жить! Работу найдешь достойную, обеспечена будешь, детям сможешь дать образование. Когда же ты, наконец, поймешь...
— А я не хочу! Не хочу понимать! Не хочу зубрить! Не хочу, не поднимать головы! Хочу встречаться с друзьями, жить полной жизнью! — дочка топнула ногой и захлопнула свою дверь.
— Тебе не кажется, Женька, что ты чересчур требовательна к ней? Не слишком ли высоко поднимаешь планку? — спросил меня муж.
— Ты ее защищаешь? Или меня обвиняешь?! — с раздражением ответила я вопросом на вопрос. — Она должна уже понимать, что в жизни важны не только развлечения. Есть еще обязанности! А иначе, сам знаешь, что...
— Но ведь это всего лишь пятнадцатилетняя девочка. И, пожалуй, всех этих обязанностей у нее слишком много. Она просто боится их, подумай об этом.
— Но девочка должна, наконец, научиться ответственности! Ты знаешь, какие у нее оценки? Ведь в школу хожу я! А ты добренький. Это, конечно, приятно... Но кому-то приходится быть злым. Лучше бы ты меня поддержал, а не оправдывал лень и разгильдяйство.
Следующий день выдался холодным, мрачным. Весь мир казался темно-серым и не обещал ничего радостного. С отвращением выглянула в окно. «Вот так суббота», — подумала я. Сегодня мы с детьми собрались в новый торговый центр, где можно было интересно и с пользой провести время. Давно обещала детям съездить туда, повести их в шведское кафе, дать возможность поиграть в автоматах и чуть-чуть покататься на небольшом ледовом катке. Кроме того, мы собирались купить кое-что в детские комнаты и канцтовары.

А до выхода нужно бы убрать в доме. Не откладывая в долгий ящик, я приступила к домашним делам и все время думала о том, что намеченный поход может помочь найти общий язык с моей упрямой дочерью-подростком.
— Мама, ну когда мы, наконец, пойдем? — Алеша уже стоял в коридоре, практически готовый к выходу.
— А ты позавтракал?
Сын нетерпеливо кивнул, а я ласково взъерошила его волосы.
— Тогда скажи Иришке, чтобы побыстрее одевалась, и подождете меня во дворе. Я мигом закончу и спущусь.
— Мама! — крикнул Алеша через несколько минут. — Ирки нет!
— Как нет? В каком смысле? — я бросилась в комнату дочери.
Кровать Иры была аккуратно застелена, но ее самой не было. Я искала ее по всей квартире: и в ванной, и в гостиной — тщетно. Потом накинула куртку и побежала во двор, но напрасно.
— Ирки нигде нет. Может, она пошла в торговый центр сама? — спросил Алеша, стоя посреди гостиной.
Я обеспокоилась не на шутку, внутри все опять оборвалось. Обычно по субботам дочь долго спала, нельзя было добудиться. А уж уговорить ее выйти куда-нибудь до обеда — практически невозможно. Особенно в такую тоскливую муторную осеннюю погоду... Мы с мужем еще раз обыскали всю квартиру, даже сбегали в гараж на всякий случай, но Иры нигде не было. Взяв себя в руки, я засела за телефон, стала обзванивать подруг дочери.
— Нет, Иры не было, — отвечали мне, обещая дать знать, если она появится.
— Что ей стукнуло в голову? — я больше не могла сдерживаться и готова была раскричаться или расплакаться.
— Ты погоди, не переживай так! Может, у нее возникло какое-то срочное дело, и она не успела оставить нам записку. Скорей всего, Ирка вот-вот вернется, — муж, в отличие от меня, не терял присутствия духа. — Немножко подождем.
Заглянув в дневник дочери, и трижды пересчитав нагрузку, я ужаснулась. Её учебный день был равен моему рабочему.

Мне трудно было сидеть и ждать у моря погоды, когда пропала дочь, но выхода не было, пришлось согласиться с Тарасом. О намеченном походе в магазин теперь не могло быть и речи. Разочарованный Алеша с обиженным видом уселся перед телевизором. Тарас занялся своей работой, я принялась готовить обед, чтобы занять себя и отвлечься от жутких мыслей. Время от времени выглядывала в окно в надежде, что появится дочка. Но Ира не возвращалась. Мы пообедали. Стрелки часов отматывали круги, и я нервничала все сильнее.
— Что же все-таки случилось? — не выдержав, наконец, спросила мужа. — Это на нее не похоже. Она не могла без разрешения исчезнуть так надолго!
— Может быть, ей захотелось побыть самой, — предположил Тарас.
— Ничего себе! А о нас она подумала? Ведь мы переживаем! — я уже была близка к истерике. — Нужно немедленно звонить в милицию!
— Но Ирины нет всего несколько часов. Слишком мало, чтобы заявлять об исчезновении. Кажется, должны пройти сутки или даже больше... Не помню точно, — муж по-прежнему старался сохранять спокойствие. — Давай-ка я возьму машину, проедусь и поищу ее...
— А я что буду делать? Сидеть дома и ждать?! — крикнула в отчаянии. — Да я с ума сойду!

Лучше поеду с тобой.
Может, где-то и встретим наше чучело... В эту минуту резко зазвонил телефон. Мы с Тарасом переглянулись и, словно по команде, бросились снимать трубку.
— Женя? — услышала я мамин голос.
— Да, здравствуй, мамочка... У нас тут... — Доченька, звоню, потому что у меня... неожиданный гость... Ты понимаешь? Трубка едва не выпала у меня из рук. Ведь мама жила в двухстах километрах!
— Алло, Евгения? Я говорю, что ко мне только что приехала Иришка. У меня перехватило дыхание, говорить я не могла. Моя пятнадцатилетняя дочь сама отправилась в такую даль!
— Она немного устала и замерзла, но вообще все в порядке. Ира призналась, что уехала, не предупредив вас.
— Выезжаю. Прямо сейчас! — собравшись с силами, произнесла я.
— Никуда ты не поедешь в такую погоду, — возразила мать. — Уже поздно, темно. Мы с внучкой соскучились друг по другу, и она останется здесь на воскресенье! А вы приедете завтра, посидим все вместе, потом спокойно уедете. На этом разговор закончился. Спорить у меня не было сил, да и мама была права. Казалось, мне следовало успокоиться, ведь теперь было известно, что Ира в безопасности, и завтра мы увидимся. Но меня по-прежнему трясло. Я выпила таблетку и легла. Но сон не шел. Лежала и размышляла о последних событиях. Неужели я допустила какую-то ошибку? Может, действительно, поставила перед дочкой слишком высокую планку? Вскочила, достала дневник Ирины и посмотрела ее расписание. Потом просуммировала часы занятий, включив все дополнительные уроки, бассейн. Пересчитывала трижды, не веря своим глазам. И как она вообще выдерживала такое до сих пор! Из расчетов следовало, что моя Ирка учится в неделю столько же, сколько я сама нахожусь на работе! Но ведь одно дело я — взрослая женщина, а другое — девочка-подросток. Она ведь еще растет, развивается, а тут такая сумасшедшая нагрузка! С утра — школа, по вечерам — дополнительные занятия. Даже в субботу, и то — уроки танцев!

Только сейчас я поняла, что переборщила. Слишком хорошо — тоже плохо. Ничего удивительного, что Ира перестала справляться. Мой муж был прав. У бедного ребенка просто оказалась слишком амбициозная мать. На следующий день к обеду мы уже были у мамы. Она встретила нас очень тепло, угостила роскошным домашним обедом, испекла мой любимый пирог. Ира сидела, ни на кого не глядя и не проронив ни слова. Тарас сел рядом.
Погладил дочь по голове и сказал, что мы очень сильно о ней беспокоились. И нашу девочку вдруг словно прорвало. Она расплакалась, а потом сказала:
— Извините. Это было глупо. Я больше никогда так не сделаю.
А когда мы с мамой остались в кухне вдвоем, она начала разговор.
— Со слов Иры я поняла, что в последнее время вы не ладите из-за ее учебы.
— Да... Мама, я совершила ошибку, но только сейчас это осознала. Как будто прозрела. Слишком много от нее требовала, давила, она и не выдержала.
— Ира жаловалась, что ты не считаешься с ее мнением и желаниями. Ведь именно в этом возрасте девочки так нуждаются в понимании, в материнской поддержке. Не будь с ней излишне строга. Загоняя в угол, ты не оставляешь ей выхода. Дай хотя бы немного свободы, это поможет Иришке стать самостоятельнее.

Да и ваши отношения скорее наладятся...
Твое влияние будет сильнее, а слово — весомее.
— Мам, теперь я и сама это понимаю. Затем вышла в комнату, села рядом с дочкой, обняла ее. Она смутилась...
— Мамочка, прости меня! — Иришка опять расплакалась. А успокоившись, продолжала. — Но не могу я столько всего успеть! Ну не выходит у меня быть самой лучшей ученицей в классе.
— Прости и ты меня, солнышко! Я была неправа. Хотелось, чтобы ты получила максимум знаний, но нагрузка оказалась слишком тяжелой. И совсем не надо быть лучшей в классе. Просто старайся, учись. Остальное приложится.
— Я исправлюсь... Обещаю... Только очень прошу тебя: отмени свой запрет, мама! — дочка вытерла слезы рукавом.
— Уже отменила, — улыбнулась я Ире.
Иришка попросила прощения и обещала подтянуться в школе, а я отменила свой запрет и сказала, что буду помогать ей.
— И кстати, из дополнительных выбери то, что тебе по душе, от остального откажемся. Ведь нужно подтянуться в школе. И отдыхать тебе надо обязательно. Я помогу, мы все наверстаем.
— И я смогу пригласить к нам Катю? — дочка впервые за вечер улыбнулась.
— Конечно, зайка! Все в твоих руках.
С этой статьёй читают

Чуть рекламки ;) Коммент. (0) Новое на форуме

Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера