Подпишись и читай
самые интересные
статьи первым!

Бросать ли парня если его родители против наших отношений?

Отношения
Именно благодаря знакомству с родителями парня я поняла, что больше жить с ним не хочу ни единой минуты.
- Надежда, давай поедем на выходные к моим родителям в Симферополь? — бросил Гриша без особого энтузиазма. Я посмотрела на своего бойфренда и отрицательно замотала головой.
0 43352
Еще тот тип! Так что же меня держит около этого унылого, как перезревшая груша, положительного, как анод, и напрочь лишенного чувства юмора человека уже четыре года?!
— На недельку! До второго! Мы уедем в Комарово! Мы поедем! В Комарове... — не удержалась я и запела во весь голос.
— В Крым, в Симферополь, — уточнил Гриша, и на его непроницаемом лице не дрогнул ни один мускул.
Нет, шутить с Гришей — занятие бесполезное и утомительное. Он не понимал шуток в упор, зато на полном серьезе мог прочитать целый доклад относительно моей врожденной безрассудности. А вот в этом Гриша ошибался. Будь я столь безрассудна, неужели смогла бы жить с ним.
Всех моих друзей интересовал тоже один вопрос: что я нашла в этом Гришке? Ответ на него я, честно говоря, и сама не знаю.
— И что ты нашла в этом голубе? — допытывалась моя подружка Алка. — Назови без раздумий одно его достоинство.
— Нет, без раздумий не могу, — брыкалась я. — Но достоинства у него точно есть.

Вспомнила: верность!

— У него нет шансов заинтересовать даже слепую калеку, — добила меня Алка. Гришку не любила не только Алка, но и все мои веселые приятели. Ну и ладно.
Может мне как раз такой и нужен! После трагически-романтической любовной истории, которую я пережила на втором курсе института, невозмутимый и положительный Гриша казался оплотом стабильности. Со временем жизнь основательно поколебала такое мое мнение. Оплотом стабильности наших отношений как-то незаметно стала я. Больше зарабатывала, моя карьера развивалась стремительно, успела купить квартиру в кредит, у меня появилась машина.

Жизнь явно удавалась
, и меня стали посещать мысли о том, что с Гришей можно было бы расстаться. Но страх перед одиночеством не давал идее расставания стать реальностью.
— Послушай, Гриша, а ты уверен, что твои старики хотят меня видеть? — я вернулась к разговору о поездке.
— Если мы собираемся пожениться, они должны с тобой познакомиться, — логично предположил он, а я расхохоталась. Оказывается, я — невеста!
— Гришка, а мы поженимся?
— Ты что-нибудь как брякнешь! — буркнул он. — И не знаешь, что делать! После этих слов я выслушала получасовой доклад о семейной жизни. Гриша любил умничать, особенно о финансовой стороне семейного вопроса. Я лишь внимательно слушала — привыкла. Хотя на его месте помалкивала бы — за все время ни разу не упрекнула его в том, что практически весь свой заработок он отсылал родителям. Мы жили фактически за мой счет. Но меня это не раздражало.
— Ты вообще считаешься с семьей? — вопрошал мой Цицерон. — Ты знаешь, что значит связь с матерью, отцом?

А вот этого говорить не надо было! Мои родители развелись, когда мне было пятнадцать, завели новые семьи, и наши контакты стали скорее дружескими, чем родственными. Мы часто перезванивались, иногда заезжали друг к другу. А вот мой дружок ни разу не съездил к родителям. Да и они в принципе не проявляли желания много общаться. Мне было непонятно, каким образом он поддерживает связь с родителями.
— Ладно, — оборвала я размышления Гриши. — Поедем в Симферополь! Всю неделю Гриша готовился к поездке.
— Голая не поеду, хотя... там же море рядом! Поеду в купальнике! — шутила я, но тут, же выслушивала нравоучения. Гриша рассказал мне, что мы едем в старую мещанскую семью, где шутить не принято. Порекомендовал иметь при себе жакет и юбку средней длины. И вот — мы в конце пути! Довоенный дом, третий этаж. Две комнаты и кухня. Все страшно захламлено старой мебелью, салфеточками, вазочками. Обыватели! Я совладала с нахлынувшей тоской и лучезарно улыбнулась Гришиной маме.
— Так вот ты какая, — вяло констатировала мадам и умчалась на кухню доваривать картошку. Из кухни я услышала вопрос, обращенный ко мне:
— А ты умеешь варить картошку? — кричала мне Гришина мама. К горлу подкатил ком. Что за хамство! Ну, не нравлюсь я вам, так будьте воспитанными людьми, улыбайтесь, делайте вид, что все в порядке! Я же — улыбаюсь!
— Я стоматолог, а не повар, — прокричала я, и Гришин папа вжался в кресло. По всей видимости, привилегия орать в этом доме была у его жены.

Она появилась в дверном проеме, презрительно осмотрела меня и выдала:
— Не люблю стоматологов! Они испортили мне все зубы! Надеюсь, ты не посылаешь Гришу обедать в столовую? Мы как раз любили обедать в одной недорогой столовой. Но, с другой стороны, — какой резон ругаться с женщиной, которая еще не стала моей свекровью?
Я сделала вид, что не услышала вопроса. С тем и начался обед.
— Сколько лет твои родители не живут вместе? — спросила «милая» хозяйка.
— Вам это действительно интересно? Почему? — удивилась я.
— Кажется, ты хочешь стать женой нашего Гриши, и раз ты войдешь в нашу семью, я должна все о тебе знать, — у нее были железные аргументы.
— Они развелись много лет назад, но я с ними постоянно общаюсь. Приняла их новые семьи, и у нас нормальные отношения, — отчиталась я.
— Не представляю себе на свадьбе две семьи от невесты, — буркнула она.
— Если говорить конкретно, то я представляю, что моя свадьба вполне может обойтись и без меня. Мне достаточно регистрации в загсе, — парировала я, и она покраснела как рак. Мой ответ доконал ее. Я смотрела на эту еще нестарую женщину и не могла понять, почему она меня уже заранее не любит. Обидно было — жуть! Гришка должен был предупредить о том, что ждет меня в этой семье со старыми традициями. Интересно, почему эта мымра ни разу не назвала меня по имени? От мыслей меня оторвал голос мадам.

Она снова атаковала.

— А как согласуется с твоей моралью сожительство с мужчиной без регистрации? — язвительно спросила она.
— Вполне согласуется! — заверила ее я и весело улыбнулась. — К тому же это была идея Гриши: он утверждает, что ведя общее хозяйство, мы больше экономим... Я ведь правду говорю, Гриша? Произнесла эти слова и с силой швырнула вилку на тарелку. «Что я здесь делаю?» — думала с брезгливостью. Но Гришина мать не обратила внимания на мои швыряния вилками. Она говорила, и сквозь пелену своего раздражения слышала, что я весьма подозрительная женщина, что хочу завладеть ее единственным сыном, что у Гриши есть все, чего недостает мне — квартира, машина, положение в обществе. Я засмеялась.
— Ой, как же вы ошибаетесь! — я наигранно застрадала. — Квартира — моя, и купила я ее в кредит, а деньги на первый взнос дала моя мама. Машину мне подарил папа, и это я, а не Гриша покупает продукты, одежду! Ясно? Я замолчала и опять мысленно спросила себя: «Что ты тут делаешь, Надечка?» Ответа не было. Мадам сидела, широко разинув рот от изумления. Гришин отец натужно кашлял в платочек, а Гришка елозил котлетой по тарелке. Я резко встала, помахала ручкой и сказала:
— Всем привет! Спасибо за предупреждение, я с вами согласна: мне нечего делать в вашей семье! Прощайте!
Я села за руль «Хонды» и поехала на север. Через двенадцать часов добралась до дома. Спать хотелось страшно, но, перед тем как завалиться в постель, я выставила в коридор Гришкины вещи.
С этой статьёй читают

Чуть рекламки ;) Коммент. (1) Новое на форуме

Наталья
Дааа!Бывает же такое.
Наталья 21 мая 2013 12:56 Ответить
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера