Подпишись и читай
самые интересные
статьи первым!

Как выглядит будущий муж?

Отношения
У меня из глаз брызнули слезы от боли: резко толкая дверь подъезда, я сорвала ноготь. Липким ручейком полилась кровь, но я не обратила на это внимание. В одном халате и тапочках на босу ногу я выскочила на улицу.
1 9030
 
— Папка! Остановись! Не делай этого! — кричала я вслед отцу. Но было поздно. Он уже сел в автомобиль и уехал в сторону районного отделения милиции. Я упала на дороге прямо в снег и зарыдала. Это случилось незадолго до прошлого Нового года. Мы сидели с Ромой на кухне и ждали, пока согреется чайник. Подобно спруту, газ выбрасывал из горелки свои синие щупальца, словно старик с тяжелой клюкой, кряхтел допотопный кухонный приемник. Я примостилась на табурете, надев Ромину фланелевую рубашку в ярко-красную полоску. А он курил у открытого окна. — Не понимаю, — бурчала я, — почему ты не хочешь на мне жениться? Родители купят нам полностью обставленную трехкомнатную квартиру и дадут пять тысяч долларов. Будем жить припеваючи и горя не знать. А еще папа обещает нам путевку на Канары, чтобы мы провели там медовый месяц.
— А тебя и твоего доброго папочку не смущает, что я гол как сокол, — возразил Роман. — Боюсь, твой отец будет презирать меня за то, что я не могу достойно обеспечить его дочь.

Да и вообще мы из разных слоев общества.

Ведь Борис Сергеевич — знаменитость, а я обычный строитель. И работа, как ты знаешь, у меня не самая постоянная. В чем-то он был прав. Отец действительно не питал нежных чувств к моему любовнику, так как тот был весьма далек от образа идеального спутника жизни для единственной дочери. Папа был скульптором-постмодернистом. Он «выплыл» на волне интереса общественности к альтернативному искусству и теперь клепал свои идиотские статуи, зашибая бешеные деньги. У него уже было несколько персональных выставок за границей, хотя его работы хорошо продавались и здесь. Чуть ли не каждый новый украинец считал своим долгом водрузить в своей квартире шедевр моего отца. Словом, мы отнюдь не были бессребрениками. Только представьте: во всех углах нашей пятикомнатной квартиры — по телевизору или музыкальному центру, на стенах — дорогие ковры, на сервантах, полках — хрустальные вазы. Несмотря на свой «протест против обыденности» в творчестве, папа в повседневной жизни был обычным мещанином, не обладающим утонченным вкусом. Он мечтал, что я буду встречаться со счастливчиком от искусства. Например, с его учеником Ростиславом или скандальным поэтом Олесем, который часто бывал в нашем доме.

Но я выбрала Рому, познакомившись с ним, когда он делал в нашей квартире евроремонт. Меня поразили его темные, слегка восточные глаза и иссиня-черные волосы. Впрочем, кроме меня, он никому не нравился. Подруги находили его низковатым и похожим на Чингизхана. Но мне не было дела до мнения других. В Рому я влюбилась просто до полного самозабвения! Отец сначала возражал против наших свиданий, но потом смирился, рассудив, что у нас в стране демократия, стало быть, могу встречаться хоть со слесарем или дворником. «Только не позволяй, доченька, чтобы с тобой играли, — говорил отец. — Если любишь — выходи замуж». Я готова была надеть свадебное платье, но вот незадача: Роман упорно не хотел на мне жениться, несмотря на золотые горы, которые сулили мои родители. В тот вечер после очередного разговора он опять заявил: регистрировать брак не желаю.
— Ах, так? — сказала я. — Тогда между нами все. Унижаться больше не буду.

Я быстро переоделась и выбежала из его тесной гостинки
. Солнце уже зашло, но на улице было почти светло от снега. Словно стая оголтелых подростков, кружились вокруг фонаря снежинки, падая на ресницы и забиваясь под воротник. Я зашла в троллейбус и принялась жадно вглядываться в лица попутчиков. «Сейчас заведу случайную интрижку, влюблю в себя какого-нибудь заурядного болвана и выскочу за него замуж. Назло Роме», — думала я. Но, словно почуяв во мне голодную хищницу, мужчины отворачивались. Я вернулась домой опухшая от слез: предстояло встретить Новый год в одиночестве. Рома позвонил только через два дня.
— Малыш, я был неправ, — извинился он. - Почему бы нам, в самом деле, наконец, не легализировать наши подпольные отношения? Я медлил с женитьбой, потому что боялся потерять свободу. Но зачем мне «воля вольная»? Роман еще много говорил о том, какая я замечательная, как ему со мной повезло, что я редчайший бриллиант без оправы и этой оправой согласен быть он.
— Ромка! — закричала я так громко, что едва не посадила голос. — Немедленно приезжай к нам, поговоришь с отцом.
— Давай лучше сделаем ему сюрприз на Новый год, — предложил мой суженый.
— Только вот что. Я еще никогда никому не делал предложения и очень волнуюсь. Если ты не возражаешь, я приду с Алексеем. А он будет с невестой Валей.
Я конечно, не возражала. Под Новый год мы обычно закатывали грандиозный праздник, чуть ли не на пятьдесят человек. Двумя гостями больше, двумя меньше — разницы для моих родителей не было. Тем более что в моей жизни намечалось грандиозное событие: наконец-то мой жених созрел и решился повести меня под венец. Новогоднее пиршество, как обычно, началось в десять часов вечера. Первый тост по традиции был «во славу года уходящего». Затем скандальный Олесь прочел новую поэму, в которой никто ничего не понял. Ростислав что-то спел под гитару.

А я никак не могла дождаться полуночи
. По сценарию именно в этот час Рома должен был официально попросить моей руки. Как бы невзначай мы с Ромой сидели в центре, а его друзья Леша и Валя примостились с краю. И вот, когда часы пробили двенадцать, Роман поднял бокал шампанского:
— Дорогие Борис Сергеевич и Ольга Степановна, — начал он торжественную речь, заученную заранее. — Я люблю вашу дочь и прошу вашего родительского благословения. Я буду заботиться об Ирине всегда. Ира, — повернулся Роман ко мне, — ты согласна стать моей супругой? Гости зааплодировали. Все знали о нашем романе и гадали, когда же финал, то есть свадьба. Мамины подруги принялись меня целовать, папины приятели жали Роме руку. Только Олесь побледнел и демонстративно вышел из комнаты. Я знала, что он был влюблен в меня и присылал в конверте сентиментальные стихотворения собственного сочинения, разительно отличающиеся от тех, которые выставлял на публику. Вдруг погас свет. «Что, потоп? Судный день?» — кричал отец, метаясь по квартире. Он выглянул в окно — в соседнем доме свет был. Среди гостей началась паника: многие не любили темноты. Я услышала, как кто-то разбил что-то хрустальное. «Ростик, на помощь!» — призвал отец своего скульптора-ученика и вместе с ним вышел в коридор. Мы все застыли в ожидании.

Минут через пять электричество вновь появилось.

— Все в порядке, — произнес довольный отец, заходя в комнату с отверткой в руке. — Какие-то шутники выкрутили пробки. Ничего себе сюрпризец в новогоднюю ночь! Куда смотрят консьержки, пропуская всяких там проходимцев? Возясь со счетчиком, он немного запачкался побелкой и направился в спальню, чтобы переодеться. Но уже через минуту выскочил оттуда как ошпаренный.
— Оленька, — обратился папа к моей матери, — нас, по-моему, ограбили!!! Дело в том, что мой папа не доверял банкам да трастам и все свои сбережения хранил дома, вернее, в собственной спальне. Теперь родительский альков напоминал город после бомбежки: повсюду летали перья из разрезанных подушек, валялись какие-то бумажки, лоскутья, булавки. Шкатулка, где мама хранила все свои драгоценности, была пуста.
— Это мог сделать только кто-то из присутствующих здесь, — предположил папин друг Василий, обладавший дедуктивным мышлением Шерлока Холмса.
— Когда я вышел в кухню, мне вдруг показалось, что в спальне кто-то есть, — вмешался в разговор Олесь. — А еще я заметил, что девушка, которая пришла с другом Романа, вышла в коридор. После этого и погас свет. Да, Роман, а куда же исчезли твои знакомые? — он выразительно посмотрел на моего жениха, подозрительно прищурившись.
— Сомнений нет: это могли совершить только они, — высказался Василий. Мне нечего было сказать, ведь это друзья Романа, а я должна быть на стороне своего жениха, что бы ни случилось. Хотя сохранять нейтралитет стало сложно: Алеши и Вали нигде не было...
Их задержали быстро. У Леши нашли всю нашу наличку и драгоценности, а карманы Вали были пусты. Она плакала и отрицала свою причастность к краже: мол, Леша заранее попросил ее пошутить над Ромой и выкрутить пробки.
— Откуда он узнал, что мы храним деньги в спальне? — спросил папа, выразительно посмотрев на Романа.
— По-моему, Ирина однажды сказала ему об этом, — ответил мой жених отцу.
— Она сетовала, что вы не храните свои сбережения, как положено, в банке.
— Сколько раз предупреждал тебя: не трепись! — закричал на меня отец, который был на грани нервного срыва. Прошло еще несколько недель. Алеша находился в следственном изоляторе, а Валя была на свободе — ее выпустили под подписку о невыезде, как свидетеля.

Мыс Ромой не успели подать заявление в загс. У него внезапно заболела тетя, и он уехал в Джанкой. Морозным вечером я сидела у телевизора, дремая под звуки какого-то скучного фильма. Вдруг позвонила Валентина.
— Я знаю, что тебе неприятно со мной общаться, — произнесла она, — но прошу тебя, не вешай трубку. Нам нужно увидеться и серьезно поговорить. Недоумевая, чего от меня хочет грабительница-неудачница, я пришла на место встречи. Валя была в стареньком пальтишке, заячьей шапке, стоптанных сапогах и дрожала от холода. Сжалившись над ней, я пригласила ее в кафе.
— Я обещала хранить молчание, но больше не могу терпеть, наблюдая, как гибнет мой любимый человек, — начала она разговор. — Хочу сказать тебе правду, а ты сама решай, как тебе поступать. По ее версии, инициатором новогоднего ограбления был... мой жених Роман, а Леша являлся только исполнителем.
Согласно плану, Леша в разгар веселья должен был улизнуть из общей комнаты и проникнуть в спальню, где, по информации Ромы, были все ценности моего отца. У Роминого друга было полчаса: за это время он должен был найти и опустошить папин тайник. Затем после Роминой речи, когда все гости станут обсуждать предстоящую свадьбу, Валя обязана была выйти в коридор и выкрутить пробки, чтобы Леша незаметно вышел.
— Что я и сделала, — заключила Валентина. — Но мы ведь не профессионалы и не могли предположить, что операция «Новый год» провалится. Мы рассчитывали, что в доме будет полно народу, все станут подозревать друг друга и нам хватит времени, чтобы сбыть драгоценности и спрятать деньги.

Однако нас быстро вычислили
. Алеша сначала ни в какую не соглашался на воровство. Но твой Рома напомнил ему, что за ним числится карточный должок. Он, конечно, по твоим меркам невелик — сто долларов. Но откуда у моего безработного друга такая сумма? К тому же Рома обещал, что все деньги твоего отца мы поделим между собой. А теперь, когда мы попались, Леша благородно взял всю вину на себя. По его приказу молчу и я, иначе Роман будет думать, что Алексей его предал.
— Какой долг? — возразила я. — Какая операция «Новый год»? Почему я должна тебе верить? Ты просто пытаешься выгородить своего жениха, вот и все!
— Пойдем, — решительно сказала Валентина, — я докажу тебе свою правоту. Обещай, пожалуйста, что не будешь резать себе вены, бросаться под машину или прыгать с крыши многоэтажки.
Мы долго блуждали с ней по закоулкам, и я очень устала в своей тяжелой модной дубленке. Наконец мы подошли к обшарпанному дворику и спрятались за забором.
— Смотри вон туда, — Валя указала в сторону детской площадки. — Сейчас сама сможешь во всем убедиться. Воистину говорят: любовь слепа. Где раньше были мои глаза? Почему я не замечала странного поведения жениха? Его исчезновения, внезапные вспышки гнева, нежелание на мне жениться — ведь можно было догадаться... Возле заледенелой детской горки стоял Роман и целовал какую-то миниатюрную девушку. Вокруг них бегал одетый в яркую курточку и смешную шапочку малыш и бросался снежками. — Это и есть та самая тайна, ради которой он тебя предал, — шептала мне Валя. — Они знакомы уже год, и Рома влюблен в нее до безумия. Ни к какой тете в Джанкой он, разумеется, не поехал, а поселился у Тани. Не понимаю, что он в ней нашел? Ты красавица, с деньгами, а у этой Татьяны ни кожи, ни рожи. А еще четырехлетний сын, и ни гроша за душой. Вдобавок она страдает бронхиальной астмой. Твой друг надеялся потратить украденные деньги на ее лечение. Три дня назад Рома с Таней поженились, а заявление в загс подали еще в декабре. Мы с Лешей должны были присутствовать на свадьбе, но, как ты понимаешь, среди гостей была только я.

Он даже не поинтересовался
судьбой своего друга, хотя я пристально смотрела ему в глаза. Леше грозит шесть лет тюрьмы, я консультировалась у юриста. ...Вернувшись, домой на автомате, я напрочь забыла про обещание ничего с собой не делать. Мое самолюбие слишком пострадало от увиденного. Я достала бритву и поднесла ее к руке. Нет, нет, нет! Желание жить было сильнее сердечной боли. Я уткнулась лицом в подушку и тихо завыла. Мне по-прежнему был дорог Роман, и я не могла его выдать даже после всего того, что он совершил.
— Что с тобой, доченька?— спросил папа, услышав мои всхлипывания.
Я подняла голову. Передо мной был единственный человек в мире, который по-настоящему меня любил. «Покрывая преступника, не предаю ли родного отца?» — подумала я и все рассказала отцу.
— Я так и знал! — воскликнул отец, выслушав меня. — Твой Рома всегда был скользким. И слишком много совпадений: нас ограбили в тот день, когда он просил твоей руки. Я его сразу заподозрил, но у меня не было оснований говорить об этом следователю. Что ж, я этого так не оставлю. Как говорил Жеглов, вор должен сидеть в тюрьме.

Отец надел костюм, зимнее пальто и вышел из квартиры. А я, полураздетая, выскочила за ним следом. «Что я наделала? — плакала я. — Рому посадят в тюрьму, и его жизнь будет навсегда исковеркана. Да, он посмеялся надо мной. Но где, же мое милосердие? Бог учит прощать». Отца остановить я так и не успела. Моя «вылазка» не прошла бесследно. Я подхватила воспаление легких и слегла на месяц. В бреду мне чудилось, как Романа пытают прямо на тюремном полу, как хохочет над нами тщедушная Татьяна со своим непоседливым ребенком. А когда стала выздоравливать, узнала правду. Мой отец рассудил, что посадить Романа ему не удастся. Против него не было никаких улик, а наш с отцом рассказ никто всерьез не воспринял бы. Судьи могли решить, что мы пытаемся таким образом отомстить Роме за то, что он женился на другой женщине. Папа забрал из милиции свое заявление, и Алешу выпустили на свободу. Валя звонит мне каждый день и постоянно благодарит меня, клянется, что сделает ради нас все что угодно. Заслышав ее голос, я бросаю трубку, ибо слишком слаба, чтобы подвергать себя новым стрессам. Валентина напоминает мне не только о моем любовном поражении, но и о переживаниях в новогоднюю ночь. Зря я думала, что папа простил Роме содеянное и оставил его в покое. Он всегда повторял, что «вор должен сидеть в тюрьме», а «всякий преступник должен быть наказан».
И при этом добавлял, что у него много знакомых среди «местных авторитетов». А недавно Рому нашли в подъезде избитым до полусмерти... Пережив кошмар болезни, предательства и судебных разбирательств, я надеялась, что этот ужас закончился. Но все началось снова.

Следователи шли к нам домой
по проторенной дорожке, но уже не записывать наши показания как жертв ограбления, а допрашивать в связи с нанесением «тяжких телесных повреждений» моему бывшему жениху. Папа настолько твердо отвергал от себя все подозрения, что даже я не была окончательно уверена в его причастности к этому делу. Наедине он продолжал уверять меня, что ничего не делал Роману. Я же и не старалась докопаться до правды, но была уверена, что папа приложил к этому руку: его любовь ко мне не имела границ. И что самое главное, теперь мне совсем не было жалко Рому. Говорят, что время лечит. Видимо, это так, ведь намного важнее для меня стало снятие всех подозрений с папы, а о здоровье моего бывшего жениха должна теперь заботиться его настоящая жена. Что еще добавить? Роман благополучно поправился и забрал заявление из милиции. Совесть проснулась и он почувствовал себя хоть немного виноватым передо мной, или папины «знакомые» намекнули ему, чтобы не дергался — не знаю. Уверена только в одном: после этого эпизода наши отношения с папой изменились. Я стала доверять ему свои тайны, а он — пристально следить за намерениями и происхождением всех моих последующих женихов, друзей и даже просто мимолетных знакомых.
С этой статьёй читают

Чуть рекламки ;) Коммент. (0) Новое на форуме

Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера